metrika: (Default)
Я тут почитала двух авторов, серьезных историков, пишущих про терроризм конца 19 - начала 20 века. Анна Гейфман и Олег Будницкий. Гейфман работает за границей, Будницкий у нас.

Пока читала Гейфман, просто раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, видно, что проделана колоссальная работа, перелопачены горы архивных материалов, приведены очень интересные факты. Но вот нет ощущения серьезности. И дело даже не в том, что я не согласна с некоторыми ее выводами. Отталкивает сама "смелость" и "легкость", с которой эти выводы делаются. Я прекрасно осознаю, что у меня нет компетентности судить о фактах и даже во многом об интерпретациях. Но настораживает само построение рассуждений. Например, я замечаю, что выдвинута версия, противоречащая довольно распространенной точке зрения. Но это противоречие никак не обосновывается и не объясняется. О нем даже не упоминается. При том, что в других случаях автор охотно полемизирует с предшественниками. Или одни и те же источники (в частности, конкретные мемуары) в одном случае объявляются недостоверными (искажающими события с целью себя обелить), в другом случае на них же ссылаются для подтверждения. Те публикации, с которыми автор не согласна, упоминаются в общем, без указания конкретных авторов и пунктов расхождений. Подробные данные даются только на те работы, которые Гейфман приводит для подтверждения своих выводов.
С другой стороны, каждый факт подтвержден ссылкой на архивные источники. И этих ссылок реально очень много. Я даже в какой-то момент подумала, что это возможно западная традиция - ссылаться не на предшественников, а на первоисточник. В конце концов, она на основе исследованных документов делает собственные выводы и вероятно не обязана разбирать, что по этому поводу думали другие.

В общем, я уговаривала себя, что просто придираюсь к Гейфман. Пока не раскопала где-то ссылку на ее трехчасовую лекцию. Прослушала несколько отрывков в разных местах и поняла, что не просто так ее текст меня коробил. Эта лекция, эта интонация... это просто Латынина какая-то. Мне сложно точно описать, тем более, что я сознательно не вслушивалась собственно в содержание. Но это было скорее политическое выступление, чем лекция. Причем, выступление не интересное, вялое, с неумением четко выразить свою мысль.

А потом я начала читать Будницкого. И с первых страниц мне стало хорошо. Не от того, что он пишет, а от того как это делает. Я вдруг поняла, что у Гейфман мне очень не хватало пространства для сомнений. Она его не оставляет читателю. У нее все стройно и ведет к определенным выводам (ее выводам). Будницкий все "выходы" честно оставляет открытыми. Ну и в довершение всего я его послушала. (он участвовал во многих исторических передачах на "Эхо Москвы"). И почувствовала разницу.
metrika: (Default)
Все-таки история - коварная наука.
Читаю сейчас главу книжки Анны Гейфман об Азефе. Там, где рассказывается о его разоблачении с помощью показаний бывшего главы департамента полиции Лопухина. Это действительно один из самых загадочных моментов в истории Азефа. Почему высокопоставленный чиновник (пусть и бывший), дворянин, аристократ совершил фактически предательство и государственное преступление?
Традиционно считается, что он это сделал под влиянием момента, услышав разоблачения Бурцева. Будучи подавлен той реальной ролью, которую как оказалось Азеф играл в организации терактов. Плюс удачно построенная беседа, плюс психологические особенности самого Лопухина. К тому же в тот момент он вероятно не осознавал значения и последствий своих показаний.
Гейфман выдвигает другую версию:  что на Лопухина было оказано серьезное давление. Его шантажировали, угрожали семье и даже похищали дочь. При том, что сам факт похищения другими историками не отрицается, версия считается несостоятельной. Подробно она рассмотрена например в книге Прайсмана. Сразу скажу, мне эти объяснения показались более чем убедительными.

Оба автора наряду с какими-то "материальными" фактами (сопоставлением дат, выдержками из документов, свидетельств очевидцев и т.д.) приводят соображения интеллектуального или психологического характера. Они тоже весьма серьезны, но их оценивать тяжелее, чем первые. (Хотя и с первыми не все так просто). Там тоже много всего интересного. Но я хочу остановиться лишь на одном моменте.

Гейфман пишет исходя из того, что в то время и в той среде похищение родственников с целью давления на нужного человека нашло бы и понимание, и поддержку. По крайней мере, нашло бы организаторов и исполнителей. А все, что написано в мемуарах революционеров, пустые речи, которым нельзя верить.
Прайсман же (и я с ним) с этим в корне не согласен. "Да скажи Лопухин во время своей встречи с Аргуновым, что он назвал фамилию Азефа в ответ на похищение дочери,  он подписал бы Бурцеву смертный приговор!  Его бы как жертву шантажа оставили бы в покое... В общественной обстановке России 1908-09  гг резко осудили бы похищение дочери даже с целью получения информации о тайном сотруднике полиции."

Мы так привыкли сейчас, что нет ничего, на что люди не могли бы пойти ради своих целей, что такой аргумент кажется просто смехотворным. И тем не менее, по моим впечатлениям от всего до сих пор прочитанного Прайсман прав в каждом своем предположении, а Гейфман ошибается. Не потому, что эсеры или Бурцев белые и пушистые. Я охотно поверю, если скажут, что Лопухина собирались взорвать вместе с той же самой дочерью, да женой, да еще тремя внуками впридачу. Но вот похищение, шантаж близкими - это по моим ощущениям настолько поперек времени... Возможно, позже, возможно отдельные группы анархистов. Но уж никак не Бурцев и не эсеры.

Ну и конечно Гейфман ошибается или не замечает еще многих вещей, которые, как мне кажется, тоже вполне были естественны для того времени, но кажутся ничтожными сейчас. Например, что Лопухин был действительно шокирован масштабом двойной игры Азефа. После того, какой путь прошли преемники охранного отделения, каких высот дна они достигали в своей деятельности, нам кажется абсолютно нереальной такая чувствительность руководителя полиции. Но ведь нереальным сейчас кажется и сам размах деятельности Азефа. Легче признать, что это все организовали его кураторы с подачи влиятельных властных группировок. (Многие, кстати, придерживаются именно такой точки зрения). Это в некотором роде легче, чем знать, что  каждый руководствовался лишь своими мелкими материальными, служебными или сию-секундно политическими интересами.


Для желающих составить собственное впечатление:
Книга Прайсмана "Террористы и революционеры, охранники и провокаторы" (глава 20)
Глава из книги Гейфман "В сетях террора. Дело Азефа и русская революция"

Profile

metrika: (Default)
metrika

September 2017

S M T W T F S
     1 2
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 11:33 pm
Powered by Dreamwidth Studios